OmuT
Пользователь
Последнее редактирование:
⛧--Характеристки--⛧
Имя персонажа: Бельфедор Неферос/Белл
Имя персонажа (на латинице): Belfedor_Neferos
Раса: Дельфанор (Темный эльф)
Рост:1.9m
Атрибуты:
1. Сила 14 (+2 от расы темный эльф)
2. Ловкость 8
3. Выносливость 7
4. Телосложение 15 (+1 от расы темный эльф)
5. Интеллект 10
6. Мистицизм 13
7. Восприятие 12
Профессия [Травник]
Профессия [Алхимик]
Спец роль (-)
Возраст: 120 лет
Вера: Зверь Времён
Имя персонажа (на латинице): Belfedor_Neferos
Раса: Дельфанор (Темный эльф)
Рост:1.9m
Атрибуты:
1. Сила 14 (+2 от расы темный эльф)
2. Ловкость 8
3. Выносливость 7
4. Телосложение 15 (+1 от расы темный эльф)
5. Интеллект 10
6. Мистицизм 13
7. Восприятие 12
Профессия [Травник]
Профессия [Алхимик]
Спец роль (-)
Возраст: 120 лет
Вера: Зверь Времён
-
- ⛧--Внешность--⛧
-
- · Цвет кожи: Пепельно серый.
· Волосы: Густые черные волосы
· Глаза: Рубиново красные глаза.
· Шрамы: Глубокие порезы и рваные раны, множественные шрамы на всю спину от плетей и розг.
· Уши: Имеет подвижные серые уши / Ныне имеют две обручальные серьги
· Рога: Аккуратные и ухоженные рога – гордость любого дельфанор
· Вес: 75 кг
⛧Характер:
Свои настоящие эмоции Бельфедор привык скрывать за масками, пародирующие другие, более приятные для собеседника эмоции, хотя по натуре язвителен и склонен к садизму, ищет выгоду во всём и во всех исключительно для себя или тех, кого он считает частью себя. Почтителен и учтив к каждому, пока те ему могут пригодиться. Всегда готов вонзить нож в спину. Безукоризненно верен своим внутренним убеждениям, которые сформировались за долгие годы. Чудовищный лжец, врущий для выгоды и без выгоды, просто из удовольствия или просто по привычке. Во благо собственной крови способен делать исключения.
⛧Сильные стороны:
Опыт в алхимическом и врачевательном искусстве: Бельфедор обладает выдающимися навыками и познаниями различных трав и прочих реагентов, способен преобразовать их во множество подвидов смертоносных ядов. Всегда старается быть максимально вежливым и учтивым со всеми, с кем возможно членораздельно вести беседу, но сам по себе преследует собственные интересы. Опрятный и чопорный, ловкий и хитрый, осторожный и предусмотрительный. Воспалённый разум безумца более склонен и привычен к виду чего-то потустороннего. Белл способен в дополнение к своей лжи пользоваться трюками, совмещая их со своими обширными алхимическими знаниями для собственных целей (В основном чтобы казаться опасней, чем он есть на самом деле).
⛧Слабые стороны:
Cтарается избегать конфликтных ситуаций, если не уверен в победе на сто процентов. Если есть нужда в убийстве, Белл совершит её без свидетелей, отравив жертву. Регулярные приступы первородного гнева и ярости способны нарушить его планы, Белла не так сложно вывести из себя. Страдает хаотическими перепадами настроения (от по детски наивного, до расчётливого гения).
-
- --Обобренная модель персонажа :Первая моделька / Роба--
Квента:
--IС Информация--
Такая долгая счастливая жизнь...
С самого момента своего появления на свет Белл проявлял внешние черты своего рода, своего племени. Глаза его поблёскивали бледно красным цветом, словно кровь, окропившая воду или драгоценный рубин, который долгое время был похоронен в тюрьме каменных сводов. Кожа его имела светло серый окрас, а пышные чёрные волосы, скрывающие уши довершали образ.
Мать будущего Бельфедора - Минерва была калекой, её рука была обрублена до плеча, такой она была с рождения Белла и потому уже не могла участвовать в кровавых бойнях своих соплеменников, кажется, именно в одном из таких набегов её руки и не стало. Она учила его всему, что хорошо знала сама. Травничеству – Минерва точно знала как расположение разного рода трав, так и различные методики их смешения, употребления, превращения. Алхимии – Минерва была искусницей в этом ремесле, оно было не так распространено на пепельных землях Рэдвуда, потому её властители над этим мастерством пользовались не дюжим спросом как в быту, так и при тёмных паствах, где и числилась дельфанор со своим сыном. или драгоценный рубин а также пыталась научить врачеванию. Врачевание – первоочередная стезя матери Белла в поселении, именно за это её ценили и уважали, ведь целителей на земле вечных войн в разы меньше, нежели пострадавших от сечения клинка, а хороших целителей – вовсе можно счесть на пальцах одной руки.
Вездесущность мышиной возни.
Подобное порождает подобное, мальчик рос порядочным алхимиком с врождённой жаждой к чему-то новому, ныне неизвестному, лживым хитрым и вёртким, уподобляясь своей матери и ближайшему своему окружению. Кровопролития и битвы привлекали внимание Белла куда меньше, нежели возня с ранеными и приготовление отваров, военные походы были подобием опасной рутины, раздражающим проклятьем их рода, дурной традицией, которой нет конца, но иного выбора для спасения их расы нет… Однако от интересных исследований оно очень сильно отвлекает.
Своё ремесло Белл полюбил, ему приносило необычайное удовольствие бродить по вечно окровавленной земле, собирая ингредиенты для своего варева по всему Рэдвуду.. Травинку с поля брани, кусток у могильной реки, плодик у подножья вулкана в полнолуние. После смешивать всё воедино, соблюдая точные дозировки под оккультные завывания посреди начертанных кровью кругов средь колб и минзурок. Это было искусство. Искусство недоступное большинству его собратьев. Их питала зависть, их питала злость, их питало непонимание, наш юный герой это прекрасно понимал и ощущал. Темные эльфы были известны своим коварством и безжалостностью, даже к своим родичам. Потому старался решать все проблемы с этой напастью в зародыше. С кем-то договориться, к кому-то подмазаться, а парочка особенно рьяных... Однажды по утру обнаруживались зажранными плотоядными плодами яэша. Поддерживать эту шаткую конструкцию было ужасно тяжело, но чудо-ль, или воля Зверя, но худо-бедно делать это выходило пока ещё выходило. Так продолжалось-бы и дальше, вот только грандиозные набеги стали проходить всё чаще, а результаты их… Становились всё ничтожней и плачевней. В Рэдвуде плавно объявился один из самых страшных противников. Ужасающая сила, что сметала деревню за деревней, не поднимая своего знамени… Это был голод.
Кому Церковь не мать, тому Бог не Отец.
Проповедники воспитали всех на этих сказаниях, уча почитать Зверя Времен как своего единственного спасителя и защитника. Эта вера глубоко укоренилась в сознании народа Дельфанор.
Минерва, недолго думая – отдала молодого Белла во служение тёмного храма Всеотца Зверя Времён. Желающих было множество, однако делая скидку на влиятельность врачевателя – её просьбе уважили, алхимик под полной властью храма будет не лишним, это жрецы явно осознавали, однако подпускать слишком близко этого фокусника с минзурками и заумными книжками – было нельзя, мало-ли он и вовсе отступник и еретик? -“Чему этих алхимических крыс только учат?” –“Любая алхимия – есть порядок действий! Как служитель Хаоса может быть алхимиком? Алхимик = это юродивый, по естеству и по месту в общине!” – Наверняка примерно так говорили они. Как бы то ни было… Жизнь от того стала лишь проще. При храме всегда хватало еды, потому Беллу часто что-то перепадало и даже при том, что большую часть съестного Белл тайком передавал своей матери… Ему вполне хватало для того, чтоб прокормиться вдоволь. Наконец рогатый юноша начал расти, силы его множиться, а тело укрепляться. От дистрофичного задохлика тот отожрался до вполне здорового тёмного эльфа своих лет. В обмен на кровь и пищу дельфанор был вынужден залечивать тех, кого пожелает жрец, а уж после… После будет видно. Верхушки культа постоянно вертелись подле него, запоминая его труды, что он унаследовал от матери… Белл пытался скрывать и утаивать большую часть тайных умений, однако… Против более старших и опытных сородичей – в смекалке он с треском проигрывал. Оставалось лишь пробывать что-то новое… Пока Белл ещё был для чего-то пригоден.
Если сон облегчает страдания, болезнь не смертельна.
Талмуд он знал наизусть, как скорее всего и церковнослужители, посему лишь подчеркнул для себя в очередной раз любопытные свойства тех или иных материалов.
Народ дельфанор, ведомый своим даром всю свою жизнь страдал от тяжёлых ран и увечий… Может юному Беллу удастся преуспеть в этой области? Даже небольшое свершение в этом направлении может помочь дельфанор не гибнуть хотя-бы на родине, корчась от боли и гнойных язв. А храм… Храм сможет приурочить это открытие к сводам собственных алтарей, возносить это раненым, как дары за усердные молебны и храбрые свершения в бою… Работа закипела.
Ходят слухи, что муар – эмбреонообразные живые плоды древа яэша, смешанные с элексиром из его-же спор… Способны
Знания о чём-то новом требуют жертв. В конце – концов, смерть одного может спасти от смерти тысячи, верно?
Собравшись с мыслями, юный мучитель с красивой мечтой начал поиски наиболее удобной жертвы. Старый эльф Дихтазор отлично подходил для этого. Состояние его было тяжёлым – его глаза были серьёзно повреждены и уже ничего не видели, а на голову пришёлся тяжёлый удар канабо, после которого речь его стала несвязанной и лишённой смысла. Бедолага был одним из выживших членов деревни, называемой Шио… Они были одними из первых, кто прошли огонь и воду, терзая вражеский строй… Однако бой затянулся, а дельфанор отступать не любили.Так атакующие… Словно кинжал, проходящий сквозь плоть – упёрлись в твёрдую кость, но вместо своевременного ухода… Те безыдейно рвали всё живое без намёка на тактику, эта легкомыслие звонко аукнулась всему Рэдвуду.
Сладкие отвары минутных послаблений нейтрализуют горечь несбывшихся надежд.
Препарат был готов, дозировка 1/7, бинты смочены и обработаны, раствор втёрт в рану, бинты наложены. Легче матери сразу не стало, однако состояние стабилизировалось. Постепенно силы стали возвращаться к ней, на удивление всем окружающим. Спустя 3 дня она снова могла работать на благо поселения, все её раны зажили и чувствовала она себя, на удивление отлично… На следующие утро её тело обнаружит любящий сын. Вся кровь её свернулась, а сердце было не в силах совладать с твёрдой кровью. Она умирала медленно и мучительно, что читалось по беспорядку в доме, следам когтей на стенах и полу, гримасе боли и отчаянья, застывшем на лице Минервы. Церковь, как оказалось – более не испытывала нужды в Белле, потому с позором выставила его на улицу, сохраняя все труды его, на пару с трудами почившей Минервы. Белла обвинили в убийстве собственной матери и как “акт милосердия” не казнили на месте, позволили умереть в битве, отмывая порок деяний своих кровью неприятеля.
Монетка упала третьей стороной.
Так молодой дельфанор попал в авангард, судьба авангардистов была известна Беллу, а местный сброд, называемый боевыми товарищами – надёжностью не блистал. Почти так и вышло, воители Рэдвуда сражались без страха, погибая без задней мысли, узкоглазые были на пару порядков слабее тёмных эльфов, но хитрые люди брали числом. Так, большая часть нападавших была перебита, а выживших – брали в пден, в их числе и оказался бывший церковник. Его и других эльфов дельфанор поместили в тесные бамбуковые клетки, в них не получалось не сидеть, не лежать, о положении стоя даже говорит не следует… Пленных отправляли на прибрежные рудники, заставляя работать кнутом и пря… Нет не пряником, а кнутом и бамбуковой палкой. С ними никто не церемонился, пленных всегда хватало по обе стороны. Дельфанор меняли как прогоревши свечи регулярно и бесцеремонно. Так Белл просуществовал где-то полторы недели с небольшим, как вдруг случилось нечто…
Его нового хозяина звали Наазра, он был местным купцом, не последним человеком в граде и одним из не многих - владелец торгового судна. Купцы передали его своему коллеге в канун некого торжества и все собравшиеся были не слабо удивлены таким подарком. Однако подарок, есть подарок и Белл остался во владении Наазра.
Страдания переносят молча, а день встречают с улыбкой.
Одним днём Наазра сразила страшная хворь, жар, окутавший его тело становился губительным в сочетании с морящей жарой этих мест. Лекарей в этом городе было не много, а их навыки оставляли желать лучшего. В Васат послали людей за помощью, но дорога до столицы очень неблизкая и Наазра, иле все шансы умереть в горячке. Белл понимал, что, если его хозяин умрёт, его жизнь оборвётся вскоре за жизнью хозяина. Он мог попробовать излечить его так, как учила его мать, но средства были придуманы для народа дельфанор, как они подействуют на человека? Кто бы мог подумать… Зверя из клетки слушать не стали, лишь посмеявшись над рогатой тварью. Он мог лишь молиться и ждать. Иглоукалывание раскалёнными иглами, регулярное отпаивание горячими отварами на заморском мёде и грудными сборами, вдыхание паров из священных трав, лечебные компрессы, натирание тела спиртом для снижения температуры, традиционные ароматические масла. Лечение продолжалось две недели и в конце концов привело к результатам. Жизнь Наазра была спасена, преданность серокожей зверюги оценили и акты избиения стали куда более редким явлением. Наазра изменился после болезни, он стал более сентиментальным, только осознавая на сколько же его жизнь хрупка и скоротечна.
Со временем окружающие начали привыкать к Бельфедору, ему начали позволять перемещаться в сопровождении людей, он овладел, некогда незнакомым ему языком и письменностью, чтобы удивлять люд простого появления не хватало, посему заказные мудрецы и факиры насильно обучали его различным трюкам и фокусам, например с изрыганием огня или исчезновением, теша знатных гостей выступлениями. Белл приучился мастерству лжи и притворства, симулировал завидные манеры и безупречную дисциплину, но в душе он сгнивал от отвращения к противным созданиям, окружавшим его. Лишь лживая улыбка и притворство смогли завести его в эти дали туда, где ни один из его соплеменников вряд ли выжил-бы. Однако урок был усвоен, с мнимой вежливостью и долей подхалимства можно достичь многого, несоразмерно много. Казалось, что с дикарями дельфанор его роднили лишь кожа, глаза, хвост и странные нижние конечности...Отвратительно!
Ничего хорошего, это точно. Его терпят лишь в дань уважения кошелька человека, когда это забудется его сожрут живьём. Вера в Зверя Времён помогала отдалить дрянные мысли подальше от рогатой головы и продолжать монотонные и бессмысленные кривляния в угоду людской потребности. Он слышал шептания потерянных душ в шелесте полночного песка, барханы пели песни о грехах Белла, огонь в клетке факела приобретал формы убитых по его же вине сородичей, потусторонний шёпот не давал покоя заключённому, постепенно безумие становилось всё отчётливее и дельфанор отныне мог вести вполне осмысленный диалог с “Шепчушими”. Было-ли это обычным помешательством, или откровением свыше – сказать сложно, однако только эти разговоры помогали рогатому изо дня в день брать себя в руки и продолжать бороться за своё естество, продолжать искать спасения.
Белл чувствовал, как день за днём он становился всё менее похожим на самого себя, его страстная любовь к изучению новых реакций и химикатов начала остывать, утопая в ежедневной рутине. Для неё просто не осталось места. С каждым днём в этой каменной клетке становилось опасней находится.
В погоне за удачей.
В один из по обыкновению знойных дней хозяину поступило распоряжение из столицы. Империя нуждается в новых торговых свершениях. Наазра начал сборы своей команды, судна и товаров на продажу. Вот оно! Единственный шанс на побег из этой плавящий разум тюрьмы средь песков. Необходимо убедить хозяина взять Белла с собой!
Однажды Беллу выдался случай побывать в лечебнице одного из тех врачевателей, что и лечили его хозяина. Звали его Али Гуссейн и был он толстым мужчиной, в голове и в работе которого царил бардак и полный беспорядок, некоторые склянки буквально валялись на полу. Непростительная расхлябанность для лекаря, однако на результаты его работы жалоб от лечащихся почти не было. Именно на этого расхлябника положил глаз новоиспечённый заговорщик.
В момент, когда Али считал ворон Белл смог умыкнуть у него коробушку с молотым мухомором, демонстративно отравляя себя малой порцией гриба и ссылаясь на недобросовестность окружающих купца людей. Наазра здорово привязался к дельфанору. Он вертелся подле господина уже множество людских годов, беспрекословно исполнял свои обязанности и за это время Наазра попросту привык к нему, потому в конце концов он решил не доверять жизнь своего питомца таким, как Али и взял рогатого с собой.
Корабль пристал в королевстве Аллия, огромном портовом городе Флисбург. Град встретил Белла огромными каменными сооружениями сложных форм, обилием домов разных размеров и причудливого вида. По городу ходили нелюди и там же люди, дельфанор никогда и подумать о таком не мог! Множество запахов и звуков вскружили голову Беллу, но тот помнил цель своего прибытия и искал возможность реализовать её в быль.
Все вокруг молвили о корабле, собирающем путников на неизведанные земли Эфема. Беллу некуда было идти, некуда было податься. В Рэдвуде ничего хорошего его не ждёт, а про империю Альсахра и вспоминать не хочется. Где лучше всего отточить навыки в своём ремесле, как не на новой, неизведанной земле, где не сформировались свои устои, порядки и мораль? Курс был определён, дело за малым – сбежать от хозяина и суметь отчалить.
Дождавшись сумерек Белл начал действо. Дождавшись, когда шатре Наазра останется наедине с Беллом, тот начал с ним непринуждённую беседу, смешанную с уборкой товара с прилавков. Отвлекая внимание хозяина, готовя яд на основе остатков мухоморов Али. Не прекращая разговор Белл, оглянулся вокруг, убедившись в отсутвии свидетелей.
Добравшись до нужного корабля Беллу удалось убедить капитана Ха’Фали за плату взять его на борт. Капитана звали Норх, открытая грудь его и почти вся морда – увенчаны были шрамами и увечьями, он был рабом в дальних от сюда землях и добыл себе свободу в жестоких боях. Беллу удалось сговориться с котом, давя на сострадание к “брату по несчастью”, ну и приправляя свои слова украденными драгоценностями. Шёпот вёл его по верной дороге, так он объяснил свою невиданную доселе удачу. Спустя несколько часов корабль отплыл под свет луны в неведанные доселе дали. По прибытию судно пристало на новой для него земле, её именовали Эфем.
